Оче­вид­но, для оцен­ки того или иного язы­ко­во­го яв­ле­ния одной ло­ги­ки мало. Су­ще­ству­ют дру­гие кри­те­рии, ко­то­рые силь­нее вся­кой ло­ги­ки. Мы можем сколь­ко угод­но до­ка­зы­вать себе и дру­гим, что то или иное слово и по сво­е­му смыс­лу, и по своей экс­прес­сии, и по своей грам­ма­ти­че­ской форме не вы­зы­ва­ет ни­ка­ких на­ре­ка­ний. И всё же по каким-то осо­бым при­чи­нам че­ло­век, ко­то­рый про­из­несёт это слово в об­ще­стве об­ра­зо­ван­ных, куль­тур­ных людей, ском­про­ме­ти­ру­ет себя в их гла­зах.

Как бы ни были убе­ди­тель­ны до­во­ды, при по­мо­щи ко­то­рых я пы­тал­ся оправ­дать скло­ня­е­мость слова паль­то, всё же едва я услы­хал от одной очень милой ме­ди­цин­ской сест­ры, что осе­нью она любит хо­дить без паль­та, я не­воль­но по­чув­ство­вал к ней ан­ти­па­тию.

И тут мне сде­ла­лось ясно, что, <…> все свои по­пыт­ки за­щи­тить эту, ка­за­лось бы, со­вер­шен­но за­кон­ную форму, я всё же в глу­би­не души не при­ем­лю её. Ни под каким видом до конца своих дней я не мог бы ни на­пи­сать, ни ска­зать в раз­го­во­ре: паль­та, паль­ту или паль­том.

И не­лег­ко мне чув­ство­вать рас­по­ло­же­ние к лю­бо­му  — будь он врач, ин­же­нер, ли­те­ра­тор, учи­тель, сту­дент, кто ска­жет при мне:

— Он сме­ял­ся в мой адрес.

Или:

— Матеря́ при­шли на выбора́.

Что же ка­са­ет­ся таких форм, как пока, я пошёл, вроде дож­дик идёт и др., их, не­со­мнен­но, пора ам­ни­сти­ро­вать, по­то­му что их связь с той сре­дой, ко­то­рая их по­ро­ди­ла, успе­ла уже всеми по­за­быть­ся, и, таким об­ра­зом, из раз­ря­да про­сто­реч­ных и жар­гон­ных они уже проч­но вошли в раз­ряд ли­те­ра­тур­ных, и нет ни ма­лей­шей нужды из­го­нять их от­ту­да.

(По К. И. Чу­ков­ско­му)