С объ­еди­не­ни­ем стра­ны была до­стиг­ну­та по­ли­ти­че­ская и эко­но­ми­че­ская ста­биль­ность. В де­рев­нях можно было тихо-спо­кой­но за­ни­мать­ся сель­ским хо­зяй­ством, платя оброк вла­дель­цам земли. При­год­ная для об­ра­бот­ки пло­до­род­ная земля оку­па­ла любые за­тра­ты труда и любые на­ло­ги, и по­это­му на­се­ле­ние Руси за пер­вые 50 лет XVI в. вы­рос­ло в пол­то­ра раза, до­стиг­нув де­вя­ти мил­ли­о­нов че­ло­век.

Но пас­си­о­нар­ным мо­ло­дым людям, о ко­то­рых поэт Н. С. Гумилёв ска­зал:

И все, кто дер­за­ет, кто ищет,

Кому опо­сты­ле­ли стра­ны отцов,

Кто дерз­ко хо­хо­чет, на­смеш­ли­во сви­щет,

Вни­мая за­ве­там седых муд­ре­цов!  —

в де­рев­не де­лать было не­че­го, им было там безум­но скуч­но. Де­рев­ню пред­по­чи­та­ли люди гар­мо­нич­ные  — тихие, тру­до­лю­би­вые, спо­кой­ные; они ни­че­го не ис­ка­ли, но землю об­ра­ба­ты­ва­ли умело и на­ло­ги пла­ти­ли ис­прав­но. Пас­си­о­на­рии <…> стре­ми­лись по­ки­нуть тихую де­рев­ню, ру­ко­вод­ству­ясь идеей, сфор­му­ли­ро­ван­ной ещё в ан­тич­но­сти: «Слу­чай про­бе­га­ет мимо  — бла­жен, кто схва­тил его за во­ло­сы». А в XVI в. в Рос­сии сде­лать ка­рье­ру можно было толь­ко на го­су­дар­ствен­ной служ­бе.

Надо ска­зать, что мос­ков­ские кня­зья сами спо­соб­ство­ва­ли росту пас­си­о­нар­но­сти в Москве. Так, Иван III решил, что мя­теж­ных нов­го­род­цев (а среди них пас­си­о­на­ри­ев тоже было до­воль­но много) сле­ду­ет пе­ре­ве­сти в Моск­ву, дабы за ними было легко на­блю­дать. Ана­ло­гич­ным об­ра­зом по­сту­пил Иван III и с наи­бо­лее ак­тив­ны­ми «удель­ны­ми» кня­зья­ми. В самом деле, мало ли что вы­тво­рит в Шуе князь Шуй­ский или в го­ро­де Одо­е­ве князь Одо­ев­ский, а в го­су­да­ре­вой сто­ли­це они под при­смот­ром, тут «люди ходят». Ре­ше­ние это было впол­не ло­гич­ное, го­су­дар­ствен­ное, но при­ве­ло оно, как все­гда, вовсе не к тем по­след­стви­ям, на ко­то­рые рас­счи­ты­ва­ли.

(По Л. Н. Гумилёву)