О че­ло­ве­ке, лич­ность ко­то­ро­го при­об­ре­ла сим­во­ли­че­ское зна­че­ние, при­ня­то при конце его жизни го­во­рить, что вме­сте с ним ухо­дит эпоха. Ре­шусь ска­зать не­сколь­ко иначе: с Дмит­ри­ем Сер­ге­е­ви­чем Лихачёвым от нас ухо­дит не­вос­ста­но­ви­мый куль­тур­ный тип. Увы, таких людей, ве­ро­ят­но, мы боль­ше не уви­дим.

В нём жила па­мять пре­жде всего о том, что он успел за­стать и уви­деть в самом кон­крет­ном и про­стом био­гра­фи­че­ском смыс­ле. Им была про­жи­та с со­зна­тель­но зор­ким вни­ма­ни­ем дол­гая жизнь <...> ка­та­клиз­мов сме­няв­ших друг друга эпох: ни­ко­гда не за­бу­ду, как в пору «пе­ре­строй­ки» он при встре­че ска­зал мне, что узнаёт в том, как ра­зи­тель­но у людей вдруг пе­ре­ме­ни­лись лица, опыт, уже пе­ре­жи­тый им в от­ро­че­стве, в ро­ко­вом 1917 году, и по­то­му ждёт в самом близ­ком бу­ду­щем самых ос­но­ва­тель­ных пе­ре­мен. Ну часто ли нам в те дни при­хо­ди­лось раз­го­ва­ри­вать с но­си­те­лем живой и осо­знан­ной па­мя­ти о со­бы­ти­ях, по­ло­жив­ших более се­ми­де­ся­ти лет тому назад на­ча­ло циклу, ко­то­рый тогда как раз под­хо­дил к концу? В чьей ещё ин­ди­ви­ду­аль­ной па­мя­ти круг со­мкнул­ся так ося­за­е­мо? Здесь перед нами ред­кий слу­чай, когда сама по себе про­дол­жи­тель­ность жизни из про­сто­го био­гра­фи­че­ско­го об­сто­я­тель­ства пре­тво­ря­ет­ся в осо­бый шанс для мысли.

Не­слу­чай­но в преж­ние вре­ме­на, не­по­хо­жие на наши, при­ня­то было го­во­рить о муд­ро­сти седин, о со­кро­вищ­ни­це опыта.

(По С. С. Аве­рин­це­ву)