Заголовок:
Комментарий:
Версия для копирования в MS Word
PDF-версии: горизонтальная · вертикальная · крупный шрифт · с большим полем
РЕШУ ЕГЭ — русский язык
Вариант № 7191069
1.  
i

В одном из при­ведённых ниже слов до­пу­ще­на ошиб­ка в по­ста­нов­ке уда­ре­ния: НЕ­ВЕР­НО вы­де­ле­на буква, обо­зна­ча­ю­щая удар­ный глас­ный звук. Вы­пи­ши­те это слово.

 

созЫв

Отзыв (посла)

до­бе­лА

оптО­вый

туб­дис­пан­сЕр

2.  
i

В одном из при­ведённых ниже слов до­пу­ще­на ошиб­ка в по­ста­нов­ке уда­ре­ния: НЕ­ВЕР­НО вы­де­ле­на буква, обо­зна­ча­ю­щая удар­ный глас­ный звук. Вы­пи­ши­те это слово.

 

со­здАв­ший

ка­та­лОг

начАв

тОрты

аэро­пор­тЫ

3.  
i

В одном из при­ведённых ниже слов до­пу­ще­на ошиб­ка в по­ста­нов­ке уда­ре­ния: НЕ­ВЕР­НО вы­де­ле­на буква, обо­зна­ча­ю­щая удар­ный глас­ный звук. Вы­пи­ши­те это слово.

 

обострЁнный

бАнты

на­чАть

досУг

пО­ня­ла

4.  
i

В одном из при­ведённых ниже пред­ло­же­ний НЕ­ВЕР­НО упо­треб­ле­но вы­де­лен­ное слово. Ис­правь­те лек­си­че­скую ошиб­ку, по­до­брав к вы­де­лен­но­му слову па­ро­ним. За­пи­ши­те по­до­бран­ное слово, со­блю­дая нормы со­вре­мен­но­го рус­ско­го ли­те­ра­тур­но­го языка.

 

От­прав­ля­ясь на охоту, он надел вет­ров­ку БО­ЛОТ­НО­ГО цвета.

Зимой в ЛЕ­ДЯ­НОМ двор­це часто про­хо­дят со­рев­но­ва­ния по фи­гур­но­му ка­та­нию.

Петр  — че­ло­век мяг­кий, тон­кий, весь­ма ДИ­ПЛО­МА­ТИЧ­НЫЙ.

Вон уж в окно смот­рит ВЫ­СО­КИЙ месяц.

ЛИЧ­НОСТ­НЫЙ рост  — это про­цесс, ко­то­рый поз­во­ля­ет раз­ви­вать свою лич­ность в на­прав­ле­нии са­мо­ре­а­ли­за­ции и са­мо­по­зна­ния.

5.  
i

В одном из при­ведённых ниже пред­ло­же­ний НЕ­ВЕР­НО упо­треб­ле­но вы­де­лен­ное слово. Ис­правь­те лек­си­че­скую ошиб­ку, по­до­брав к вы­де­лен­но­му слову па­ро­ним. За­пи­ши­те по­до­бран­ное слово, со­блю­дая нормы со­вре­мен­но­го рус­ско­го ли­те­ра­тур­но­го языка.

 

Раз­лич­ные ИН­ФОР­МА­ЦИ­ОН­НЫЕ ис­точ­ни­ки пред­ла­га­ли весь­ма про­ти­во­ре­чи­вые све­де­ния.

В новом кол­лек­ти­ве я ощу­щал себя до­ста­точ­но КОМ­ФОРТ­НО.

До глу­бо­кой ста­ро­сти он оста­вал­ся таким же сло­во­охот­ли­вым, ПА­МЯТ­НЫМ и энер­гич­ным.

Экс­пер­ты ра­бо­та­ли с УДВО­ЕН­НОЙ энер­ги­ей, чтобы успеть к сроку.

Участ­ни­кам со­рев­но­ва­ния были вру­че­ны ПА­МЯТ­НЫЕ знач­ки.

6.  
i

В одном из при­ведённых ниже пред­ло­же­ний НЕ­ВЕР­НО упо­треб­ле­но вы­де­лен­ное слово. Ис­правь­те лек­си­че­скую ошиб­ку, по­до­брав к вы­де­лен­но­му слову па­ро­ним. За­пи­ши­те по­до­бран­ное слово, со­блю­дая нормы со­вре­мен­но­го рус­ско­го ли­те­ра­тур­но­го языка.

 

Его ПО­ПУ­ЛЯР­НЫЕ взгля­ды были хо­ро­шо из­вест­ны и не поль­зо­ва­лись под­держ­кой кол­лег.

ЗА­ПЛА­ТИТЬ за ле­че­ние не было воз­мож­но­сти.

Со мною в го­сти­ни­це жил ДИ­ПЛО­МАНТ кон­кур­са мо­ло­дых ис­пол­ни­те­лей.

ГУ­МА­НИ­ТАР­НАЯ по­мощь была до­став­ле­на в рай­о­ны сти­хий­но­го бед­ствия.

Перед ком­би­на­том сто­я­ла прак­ти­че­ски не­вы­пол­ни­мая за­да­ча  — НА­РА­ЩИ­ВА­НИЕ мощ­но­сти при от­сут­ствии ма­те­ри­аль­ной базы.

7.  
i

В одном из вы­де­лен­ных ниже слов до­пу­ще­на грам­ма­ти­че­ская ошиб­ка. Ис­правь­те ошиб­ку и за­пи­ши­те слово пра­виль­но.

 

лю­би­мые ПРО­ФЕС­СО­РА

наи­бо­лее РЕ­ШИ­ТЕЛЬ­НО по­сту­пил

в ДВУХ­СТАХ мет­рах

на ИХ тер­ри­то­рии

ОБ­ГРЫ­ЗАН­НОЕ яб­ло­ко

8.  
i

В одном из вы­де­лен­ных ниже слов до­пу­ще­на грам­ма­ти­че­ская ошиб­ка. Ис­правь­те ошиб­ку и за­пи­ши­те слово пра­виль­но.

 

ИХНИЕ пись­ма

в ОБЕИХ руках

ДО ТЫ­СЯ­ЧА ДЕ­ВЯТЬ­СОТ ПЯ­ТО­ГО года

ува­жа­е­мые ДИ­РЕК­ТО­РА

ОБ­ГРЫ­ЗЕН­НАЯ груша

9.  
i

В одном из вы­де­лен­ных ниже слов до­пу­ще­на грам­ма­ти­че­ская ошиб­ка. Ис­правь­те ошиб­ку и за­пи­ши­те слово пра­виль­но.

 

по ИХ же­ла­нию

в ДВУХ ТЫСЯЧ пятом году

КРА­СИ­ВЕЙ­ШИЙ пей­заж

ПРО­ПО­ЛО­ЩИ бельё

пара БО­ТИ­НОК

10.  
i

(1)Труд­ное и за­пу­тан­ное дело  — пи­са­тель­ство. (2)Пи­са­тель дол­жен не на­блю­дать жизнь, а жить в жизни, на­блю­дая её не сна­ру­жи, а из­нут­ри. (3)Между тем обыч­ная ис­то­рия жизни пи­са­те­ля та­ко­ва: уда­лась ему вещь, об­ра­тил на себя вни­ма­ние  — и бро­са­ет преж­нюю ра­бо­ту, и ста­но­вит­ся про­фес­си­о­на­лом. (4)И вот че­ло­век са­дит­ся пи­сать не тогда, когда ему что-то нужно ска­зать, а тогда, когда нужно пла­тить за квар­ти­ру, шить жене паль­то. (5)И на гла­зах све­жий ро­сто­чек та­лан­та жел­те­ет, сох­нет. (6)И нет уж пи­са­те­ля. (7)На­чи­на­ю­щий пи­са­тель, если он ува­жа­ет свой та­лант и до­ро­жит им, не дол­жен «жить» ли­те­ра­ту­рой. (8)Чем угод­но до­бы­вай сред­ства к жизни, толь­ко не пи­са­тель­ством. (9)Придёт время, и то же пи­са­тель­ство самотёком нач­нет кор­мить тебя про­из­ве­де­ни­я­ми, на­пи­сан­ны­ми рань­ше.

 

(10)Не го­во­рю уж об этом, но пи­са­тель, ста­но­вясь про­фес­си­о­на­лом, сам вы­ры­ва­ет себя из жизни. (11)Обыч­ная те­перь для него среда  — то­ва­ри­щи пи­са­те­ли, за­се­да­ния сек­ций, ре­сто­ран­чи­ки, клуб пи­са­те­лей. (12)Варка в соб­ствен­ном соку. (13)А потом куда-ни­будь вы­ез­жа­ет, ходит с блок­но­том и «на­би­ра­ет ма­те­ри­ал».

(14)Нужно в жизни жить, ра­бо­тать  — ин­же­не­ром, вра­чом, пе­да­го­гом, ра­бо­чим.

(15)— Хо­ро­шо, а когда же тогда пи­сать?  — спро­си­те вы.

(16)— Когда? (17)После ра­бо­ты. (18)В дни от­ды­ха. (19)В месяц от­пус­ка,  — от­ве­чу я.

(20)— Много ли тогда на­пи­шешь?

(21)— И очень хо­ро­шо, что не­мно­го. (22)Всё, что тогда на­пи­шет­ся, будет пол­но­цен­но, нужно. (23)А так, по со­ве­сти ска­зать, взять почти у каж­до­го пи­са­те­ля пол­ное со­бра­ние его со­чи­не­ний  — много ли по­те­ря­ет ли­те­ра­ту­ра, если вы­бро­сить из неё три чет­вер­ти на­пи­сан­но­го?

 

(24)Я за­ме­чал на себе в на­ча­ле ли­те­ра­тур­ной ра­бо­ты: каж­дый успех сни­жа­ет тре­бо­ва­тель­ность к себе, с каж­дым успе­хом на­чи­на­ешь пи­сать «легко». (25)И как в это время бы­ва­ет по­ле­зен же­сто­кий щел­чок  — отказ ре­дак­ции, су­ро­вая встре­ча кри­ти­ки!.. (26)Про­си­те, то­ва­ри­щи, судь­бу, чтоб она была к вам по­стро­же и по­злее. (27)И тогда мы на­вер­ня­ка узна­ем на­сто­я­ще­го пи­са­те­ля.

 

(По В. Ве­ре­са­е­ву*)

 

* Ви­кен­тий Ви­кен­тье­вич Ве­ре­са­ев (1867—1945), про­за­ик, ли­те­ра­ту­ро­вед, кри­тик. Цен­траль­ная тема твор­че­ства  — рас­кры­тие идей­ных ис­ка­ний рус­ской ин­тел­ли­ген­ции.

Из пред­ло­же­ния 2 вы­пи­ши­те ан­то­ни­мы.

11.  
i

(1)Как ху­дож­ник создаёт пей­заж­ную кар­ти­ну, так и целый народ по­сте­пен­но, не­воль­но даже, быть может, штрих за штри­хом на про­тя­же­нии сто­ле­тий создаёт ланд­шафт и пей­заж своей стра­ны.

 

(2)Лицо ста­рой, до­ре­во­лю­ци­он­ной Рос­сии опре­де­ля­лось, на­при­мер, в боль­шой сте­пе­ни теми сот­ня­ми тысяч церк­вей и ко­ло­ко­лен, ко­то­рые были рас­став­ле­ны по всем её про­сто­рам на воз­вы­шен­ных пре­иму­ще­ствен­но ме­стах и ко­то­рые опре­де­ля­ли си­лу­эт каж­до­го го­ро­да  — от са­мо­го боль­шо­го до са­мо­го ма­лень­ко­го, а также сот­ня­ми мо­на­сты­рей, бес­чис­лен­ным ко­ли­че­ством вет­ря­ных и во­дя­ных мель­ниц. (3)Не­ма­лую долю в ланд­шафт и пей­заж стра­ны при­вно­си­ли и де­сят­ки тысяч по­ме­щи­чьих уса­деб с их пар­ка­ми, си­сте­ма­ми пру­дов. (4)Но, ко­неч­но, в первую оче­редь, и не­боль­шие де­ре­вень­ки и сёла с вет­ла­ми, ко­лод­ца­ми, са­ра­я­ми, бань­ка­ми, тро­пин­ка­ми, са­да­ми, ого­ро­да­ми, за­ло­га­ми, пряс­ла­ми, рез­ны­ми на­лич­ни­ка­ми, конь­ка­ми, кры­леч­ка­ми, яр­мар­ка­ми, са­ра­фа­на­ми, хо­ро­во­да­ми, по­ко­са­ми, пас­ту­шьи­ми рож­ка­ми, сер­па­ми, це­па­ми, со­ло­мен­ны­ми кры­ша­ми, ма­лень­ки­ми еди­но­лич­ны­ми по­ля­ми, ло­шад­ка­ми на па­хо­те... (5)Из­ме­ни­лось лицо стра­ны, когда все эти фак­то­ры, опре­де­ля­ю­щие пей­заж, ис­чез­ли.

 

(6)Точно так же, как ху­дож­ник-пей­за­жист вкла­ды­ва­ет в своё тво­ре­ние ча­сти­цу души и тво­рит пей­заж, в сущ­но­сти го­во­ря, по сво­е­му об­ра­зу и по­до­бию, так и в ланд­шафт любой стра­ны ока­зы­ва­ет­ся вло­жен­ной душа на­ро­да и то пред­став­ле­ние о кра­со­те, ко­то­рое в душе того или иного на­ро­да живет.

 

(7)Это плохо, если душа спит, если она от­вле­че­на, за­глу­ше­на по­боч­ны­ми об­сто­я­тель­ства­ми, ин­те­ре­са­ми, шу­ма­ми, ко­ры­стью или иными со­об­ра­же­ни­я­ми, если она мерт­ва или, ска­жем точ­нее, на­хо­дит­ся в ле­тар­гии. (8)Тогда оду­хо­творённость ухо­дит и из пей­за­жа. (9)Ланд­шафт остаётся ланд­шаф­том, но он как бы пу­сте­ет, остаётся форма при от­сут­ствии со­дер­жа­ния, веет хо­ло­дом, от­чуждённо­стью, рав­но­ду­ши­ем и вот имен­но пу­сто­той. (10)Ста­но­вит­ся без­раз­лич­ным для от­дель­но­го че­ло­ве­ка и це­ло­го на­ро­да: а как это будет вы­гля­деть? (11)Как будет вы­гля­деть дом, де­рев­ня, река, до­ли­на, холмы, стра­на в целом? (12)Ка­ко­во будет лицо стра­ны?

 

(13)Есть ве­дом­ства по раз­ра­бот­ке и до­бы­че по­лез­ных ис­ко­па­е­мых, по стро­и­тель­ству дорог, по зем­ле­де­лию, по элек­три­фи­ка­ции, по лёгкой, тяжёлой и ав­то­мо­биль­ной про­мыш­лен­но­сти, но нет ве­дом­ства по внеш­не­му виду стра­ны (земли), по её опрят­но­сти, при­бран­но­сти, оду­хо­творённо­сти... (14)Ду­ма­ем о проч­но­сти со­ору­же­ний, о ха­рак­те­ре и объёме зем­ля­ных работ, о ко­ли­че­стве дре­ве­си­ны, о цент­не­рах и тон­нах, о ку­бо­мет­рах и квад­рат­ных мет­рах, но не ду­ма­ем о том, а как это будет вы­гля­деть? (15)Как это будет вы­гля­деть не толь­ко само по себе, но в со­че­та­нии с окру­жа­ю­щим, с мест­но­стью, в со­гла­со­ва­нии с тра­ди­ци­я­ми и с про­ек­ци­ей в бу­ду­щее.

 

(16)Ланд­шафт во всей его слож­но­сти и со­во­куп­но­сти  — это не про­сто лицо земли, лицо стра­ны, но и лицо дан­но­го об­ще­ства.

(17)3аму­со­рен­ный лес, разъ­ез­жен­ные до­ро­ги с увяз­нув­ши­ми ма­ши­на­ми, об­ме­лев­шие реки, ис­по­ло­со­ван­ные гу­се­ни­ца­ми трак­то­ров зелёные лу­го­ви­ны, по­лу­за­бро­шен­ные де­рев­ни, сель­ско­хо­зяй­ствен­ные ма­ши­ны, ржа­ве­ю­щие под от­кры­тым небом, стан­дарт­ные дома, поля, заражённые сор­ня­ка­ми, го­во­рят о жи­те­лях той или иной де­рев­ни, того или иного рай­о­на ни­чуть не мень­ше, чем не­при­гляд­ная и за­пу­щен­ная квар­ти­ра о её жиль­цах.

 

(По В. Со­ло­ухи­ну*)

* Вла­ди­мир Алек­се­е­вич Со­ло­ухин (1924—1997), поэт, про­за­ик. Раз­мыш­ляя о со­вре­мен­ном че­ло­ве­ке, В. Со­ло­ухин осве­щал про­бле­мы его вза­и­мо­дей­ствия с зем­лей, при­ро­дой, куль­ту­рой, на­сле­ди­ем про­шло­го.

 

Ис­точ­ник тек­ста: ЕГЭ 2013. Рус­ский язык: тре­ни­ро­воч­ные за­да­ния / И. П. Цы­буль­ко, С. И. Льво­ва  — М. : Эксмо, 2012.  — 136 стр.

Ва­ри­ант 4.

Из пред­ло­же­ния 7 вы­пи­ши­те тер­мин.

12.  
i

(1)На­у­кой за­ни­мать­ся труд­но. (2)Это хо­ро­шо знает тот, кто по­свя­тил ей жизнь. (3)На­уч­ное при­зва­ние все­гда свя­за­но с боль­шой долей риска и сме­ло­сти, по­сколь­ку учёный взва­ли­ва­ет на свои плечи за­ве­до­мо труд­ную ношу и обя­зан про­яв­лять по­и­сти­не изощрённое тер­пе­ние в своей ра­бо­те, не го­во­ря уже о еже­днев­но пе­ре­жи­ва­е­мой им драме лич­ной борь­бы с ин­тел­лек­ту­аль­ной тем­но­той во имя до­сти­же­ния яс­но­сти. (4)На­уч­ная мысль при­ме­ча­тель­на тем, что она яв­ля­ет­ся одним из ор­га­ни­зу­ю­щих начал че­ло­ве­че­ской пси­хи­ки и на­прав­ле­на на со­хра­не­ние, по­сто­ян­ное об­нов­ле­ние, ис­прав­ле­ние, пе­ре­смотр ре­зуль­та­тов своей де­я­тель­но­сти. (5)Имен­но по­это­му она пред­по­ла­га­ет сме­лость, по­сто­ян­ство, упор­ство, что и придаёт буд­нич­но­му труду учёного под­лин­ный дра­ма­тизм.

 

(6)На­у­кой за­ни­мать­ся не толь­ко труд­но. (7)На­у­кой за­ни­мать­ся не­об­хо­ди­мо. (8)Ис­сле­до­ва­тель­ская де­я­тель­ность  — муд­рый пе­да­гог  — вос­пи­ты­ва­ет лич­ность, раз­ви­ва­ет па­мять и на­блю­да­тель­ность, точ­ность и тон­кость мыш­ле­ния. (9)По-моему, чем боль­ше людей по­лу­ча­ют на­вы­ки ис­сле­до­ва­ния, тем лучше об­ще­ству. (10)При по­мо­щи ума че­ло­век может не толь­ко по­знать мир, но может своей волей из­ме­нять среду оби­та­ния, со­зда­вать новое ка­че­ство, не су­ще­ство­вав­шее до того в при­ро­де.

 

(11)На­у­кой за­ни­мать­ся не толь­ко не­об­хо­ди­мо. (12)На­у­кой за­ни­мать­ся при­ят­но. (13)Во-пер­вых, по­то­му, что пре­одолённая труд­ность при­но­сит ма­лень­кое, но до­ста­точ­но силь­ное, яркое сча­стье, вы­зы­ва­ет же­ла­ние по­вто­рить соб­ствен­ный по­двиг и вновь ис­пы­тать сла­дость по­бе­ды. (14)Во-вто­рых, по­то­му, что ис­сле­до­ва­тель­ская де­я­тель­ность придаёт смысл по­все­днев­но­сти. (15)В-тре­тьих, по­то­му, что на­сто­я­щий учёный по­лу­ча­ет удо­воль­ствие от самой чер­но­вой, соб­ствен­но­руч­но вы­пол­ня­е­мой ра­бо­ты.

 

(16)Пред­мет по­зна­ния не­ис­чер­па­ем не толь­ко для ра­зу­ма, но и для нашей любви, наших чувств. (17)«По­че­му вы всю жизнь за­ни­ма­е­тесь чер­вя­ми?»  — спро­си­ли од­но­го учёного. (18)«Чер­вяк такой длин­ный, а жизнь такая ко­рот­кая»,  — от­ве­тил он. (19)Давно про­зву­ча­ли эти слова, и вот не­дав­но в одном из го­род­ков Ав­стра­лии от­кры­ли Музей чер­вей, там по­се­ти­те­лям пред­ла­га­ют по­чув­ство­вать себя в роли чер­вя­ка, про­полз­ти по ла­би­рин­ту, по­быть «внут­ри» чер­вя­ка. (20)Вы хо­те­ли бы по­се­тить этот музей? (21)Хо­те­ли бы сво­дить туда своих детей? (22)Вы гор­ди­лись бы этим му­зе­ем, если бы он был в вашем го­ро­де, рас­ска­зы­ва­ли бы о нём своим го­стям? (23)А вы по­ду­май­те, ведь на­ча­лось всё с любви ис­сле­до­ва­те­лей-оди­но­чек к своим пред­ме­там ис­сле­до­ва­ния.

 

(24)Труд и лю­бовь. (25)Труд и удо­воль­ствие. (26)Труд и ра­дость от труда, сразу же  — ра­дость, не тогда, когда плоды и ре­зуль­та­ты, а ра­дость до вы­зре­ва­ния пло­дов, в тре­пет­ном ожи­да­нии их и вы­ра­щи­ва­нии.

 

(27)На­у­кой при­ят­но за­ни­мать­ся по­то­му, что она, как зон­тик над го­ло­вой, убе­ре­га­ет от мел­ких, въед­ли­вых, об­валь­ных не­при­ят­но­стей, не поз­во­ляя им власт­во­вать душой. (28)Обида на то­ва­ри­ща, ска­зав­ше­го не то или не так, кри­ти­ка со сто­ро­ны на­чаль­ства, скан­дал в семье, не­по­нят­ное не­до­мо­га­ние  — любой не­га­тив­ный фак­тор те­ря­ет силу, как толь­ко мы по­гру­жа­ем­ся в мир соб­ствен­ных ис­сле­до­ва­ний. (29)Даже самый ис­кус­ный мозг не спо­со­бен од­но­вре­мен­но клас­си­фи­ци­ро­вать на­коп­лен­ный ма­те­ри­ал и на­коп­лен­ные не­при­ят­но­сти. (30)В этом плане наука це­леб­на для здо­ро­вья. (31)Наука по­мо­га­ет пе­ре­жить даже беду, по­сколь­ку хоть и на ко­рот­кий срок, но силь­но и креп­ко овла­де­ва­ет по­стра­дав­шим со­зна­ни­ем.

(По В. Хар­чен­ко)

Из пред­ло­же­ния 18 вы­пи­ши­те ан­то­ни­мы.

13.  
i

(1)Во время ко­ман­ди­ров­ки я по­скольз­нул­ся на об­ле­де­нев­шей лест­ни­це и силь­но по­вре­дил руку. (2)3апястье рас­пух­ло, де­лать было не­че­го: при­ш­лось идти на приём к хи­рур­гу. (3)Так я,

жи­тель боль­шо­го об­ласт­но­го го­ро­да, ока­зал­ся в обыч­ной рай­он­ной боль­ни­це. (4)Врач по­че­му-то не на­чи­нал приём, и около две­рей в тес­ном ко­ри­дор­чи­ке, осве­щен­ном чах­лой лам­поч­кой, было на­сто­я­щее ва­ви­лон­ское стол­по­тво­ре­ние. (5)Кого тут толь­ко не было! (6)По­жи­лые жен­щи­ны, лица ко­то­рых рас­крас­не­лись от ду­хо­ты, хму­рые ста­ри­ки, стар­ше­класс­ни­цы, визг­ли­во кри­ча­щие, что прой­дут вне оче­ре­ди, по­то­му что им всего-на­все­го нужно по­ста­вить штамп. (7)Груд­ные дети пла­ка­ли на руках из­му­чен­ных ожи­да­ни­ем мам, ко­то­рые уста­ло их ка­ча­ли и в немой тоске смот­ре­ли на за­кры­тую дверь ка­би­не­та.

 

(8)Время шло, а приём всё не на­чи­нал­ся. (9)И тер­пе­ние людей лоп­ну­ло. (10)Вна­ча­ле по­слы­шал­ся какой-то глу­хой ропот, ко­то­рый, будто спич­ка сухие ветки, поджёг общее не­до­воль­ство. (11)Дети, как по сиг­на­лу, в один голос за­пла­ка­ли, и уже не ропот, а воз­мущённо-жа­лоб­ный вой на­пол­нил весь ко­ри­дор.

 

(12)«Гос­по­ди, зачем я здесь!» — думал я, глядя на этих людей. (13)Раз­бу­жен­ная в руке боль за­пы­ла­ла с удво­ен­ной силой, го­ло­ва за­кру­жи­лась. (14)Ждать стало нев­мо­го­ту, я решил дей­ство­вать. (15)Твёрдым шагом я подошёл к око­шеч­ку ре­ги­стра­ту­ры, тихо, но власт­но по­сту­чал в стек­ло. (16)Пол­ная жен­щи­на взгля­ну­ла на меня по­верх очков, я же­стом по­про­сил её выйти в ко­ри­дор. (17)Когда она вышла, я про­тя­нул ей талон к врачу и пять­де­сят руб­лей.

 

— (18)Мне нужно сроч­но по­пасть на приём к хи­рур­гу. (19)По­жа­луй­ста, устрой­те!

 

(20)Жен­щи­на молча взяла мой талон, день­ги по­ло­жи­ла в кар­ман ха­ла­та.

 

— (21)Отой­ди­те все от две­рей, отой­ди­те! — про­вор­ча­ла она и, прой­дя сквозь толпу людей, будто нож сквозь сту­день, вошла в ка­би­нет. (22)Через ми­ну­ту она вышла и кив­ну­ла мне го­ло­вой:

— (23)Сей­час вас вы­зо­вут!

 

(24)Пла­ка­ли дети, лам­поч­ка, мигая от пе­ре­па­дов на­пря­же­ния, раз­брыз­ги­ва­ла пучки жёлтень­ко­го света, запах чего-то не­све­же­го и затх­ло­го за­би­вал лёгкие. (25)Вдруг в мои ноги уткнул­ся вы­рвав­ший­ся из рук из­му­чен­ной мамы маль­чик в синей коф­точ­ке. (26)Я по­гла­дил его пу­ши­стую го­лов­ку, и малыш до­вер­чи­вы­ми гла­за­ми по­смот­рел на меня. (27)Я улыб­нул­ся. (28)Мо­ло­дая мама уса­ди­ла его на место.

 

— (29)По­тер­пи; ма­лень­кий, по­тер­пи, скоро мы пойдём! (30)Ин­ва­лид уро­нил ко­стыль и, бес­по­мощ­но водя ру­ка­ми,пы­тал­ся под­нять его с пола. (31)Я за­крыл глаза. (32)Дверь рас­пах­ну­лась, и мед­сест­ра звон­ко крик­ну­ла:

— (33)Ни­ки­тин, на приём!

 

(34)Люди за­кру­ти­ли го­ло­ва­ми, спра­ши­вая, кто здесь Ни­ки­тин. (35)Я, не ше­ве­лясь, стоял в сто­ро­не.

— (36)Ни­ки­тин кто? (37)Где он?

 

(38)Мед­сест­ра не­до­умённо по­жа­ла пле­ча­ми и ска­за­ла:

— (39)Ну, тогда, кто пер­вый по оче­ре­ди, за­хо­ди­те!

 

(40)К двери бро­си­лась мо­ло­дая мама с ребёнком. (41)Я отошёл к окну. (42)Сыпал ред­кий снег, по­тем­нев­шее небо, по­хо­жее на за­тя­ну­тую льдом реку, низко ви­се­ло над землёй, и сквозь него ле­те­ли го­лу­би. (43)Из ка­би­не­та врача вышла мо­ло­дая мама с ма­лы­шом, тот по­смот­рел на меня и по­ма­хал мне пе­ре­бин­то­ван­ной руч­кой.

 

— (44)Не подошёл ещё Ни­ки­тин? (45)Ну, тогда сле­ду­ю­щий по оче­ре­ди...

(По К. Аку­ли­ни­ну)

Из пред­ло­же­ний 4-5 вы­пи­ши­те фра­зео­ло­гизм.

 

14.  
i

(1)Идёшь по улице, и вдруг в глаза бро­са­ет­ся яркая афиша: «Кон­церт Zем­фи­ры». (2)Рядом ки­но­те­атр при­гла­ша­ет тебя на про­смотр новой ленты под на­зва­ни­ем «Шиzа». (3)За­хо­чет­ся пе­ре­ку­сить, а на две­рях ре­сто­ра­на кра­су­ет­ся «Бiблiотека». (4)Придёшь домой, берёшь га­зе­ту, глядь  — на пер­вой стра­ни­це со­об­ще­ние «Кур$ валют». (5)Вклю­ча­ешь те­ле­ви­зор, чтобы от­влечь­ся, но и тут на­зой­ли­во ре­кла­ми­ру­ют­ся охран­ные си­сте­мы «Аllига­тор». (6)В смя­те­нии под­хо­дишь к окну, ви­дишь на стене со­сед­не­го дома при­гла­ше­ние на «Ве4ер от­ды­ха» и те­перь толь­ко по­ни­ма­ешь, что тебя об­ло­жи­ли со всех сто­рон.

 

(7)Обо­га­ща­ет­ся или пор­тит­ся при­род­ная речь бла­го­да­ря за­им­ство­ва­ни­ям  — во­прос не­про­стой и не­од­но­знач­ный. (8)Язы­ко­вая сти­хия берёт из окру­жа­ю­ще­го мира всё, что ей по­треб­но, и вы­бра­сы­ва­ет на берег лиш­нее. (9)Но когда сплошь и рядом в ки­рил­ли­че­ские усто­яв­ши­е­ся на­пи­са­ния внед­ря­ют­ся ла­тин­ские и иные гра­фи­че­ские сим­во­лы, то это ведёт не к обо­га­ще­нию языка, а к на­ру­ше­нию его функ­ци­о­ни­ро­ва­ния, к раз­мы­ва­нию ве­ка­ми уста­нав­ли­вав­ших­ся норм.

 

(10)Англо- и ино­языч­ны­ми сло­ва­ми в их на­ту­раль­ном на­пи­са­нии се­год­ня пест­рят стра­ни­цы прес­сы, эти слова втор­га­ют­ся в текст, на­вод­ня­ют ре­кла­му. (11)Но одно дело, когда про­сто упо­треб­ля­ет­ся лек­си­ка на ла­ти­ни­це, и со­всем дру­гое, если чужие буквы ока­зы­ва­ют­ся внут­ри слова, ло­ма­ют его из­нут­ри. (12)Любой юрист под­твер­дит, что это на­ру­ше­ние го­раз­до более тяж­кое.

 

(13)Мод­ная пе­ви­ца и про­из­во­ди­те­ли ав­то­сиг­на­ли­за­ций, вер­нее  — их аген­ты по ре­кла­ме, ис­поль­зу­ют ла­тин­ские буквы в фор­ми­ро­ва­нии и рас­крут­ке об­ра­за чаще всего в по­го­не за ори­ги­наль­но­стью. (14)Им ка­жет­ся: вни­ма­ние по­тен­ци­аль­ных по­тре­би­те­лей легче при­влечь не­обыч­ным гра­фи­че­ским на­чер­та­ни­ем имени или на­зва­ния фирмы. (15)Де­скать, наш глаз не­воль­но цеп­ля­ет­ся за не­пра­виль­ное со­че­та­ние.

 

(16)Расчёт, ве­ро­ят­но, оправ­ды­ва­ет­ся, но на­сколь­ко ве­ли­ка его от­да­ча? (17)На мой взгляд, по­доб­ный под­ход к фор­ми­ро­ва­нию ими­джа яв­ля­ет­ся до­воль­но по­верх­ност­ным, при­ми­тив­ным, а глав­ное  — ста­но­вит­ся ба­наль­ным.

 

(18)Ва­ри­ан­ты Zем­фи­ра (равно как и ГЛЮК’OZA) И «Аllига­тор» есть вы­пендрёж и не­нуж­ное ис­ка­же­ние пись­мен­ной формы. (19)При­ме­няя ино­стран­ные слова, не сто­и­ло за­ни­мать­ся пор­чей языка. (20)Ве­ли­кий и мо­гу­чий Ал­фа­вит, по­да­рен­ный

нам сла­вян­ски­ми свя­ты­ми Ки­рил­лом и Ме­фо­ди­ем, при­несён в жерт­ву зо­ло­то­му тель­цу.

 

(21)Ре­аль­ная жизнь, увы, при­во­дит нам при­ме­ры та­ко­го рода, и не при­ш­лось бы в близ­ком бу­ду­щем кон­ста­ти­ро­вать свер­шив­ший­ся факт сло­ва­ми Та­тья­ны Бек: «До сви­да­ния, ал­фа­вит».

(По С. Каз­на­че­е­ву)

 

Ис­точ­ник тек­ста: Еди­ный го­су­дар­ствен­ный эк­за­мен 2011. Рус­ский язык. Уни­вер­саль­ные ма­те­ри­а­лы для под­го­тов­ки уча­щих­ся 1 ФИПИ- М.: Ин­тел­лект-Центр, 2011-224 с.

Текст № 2. Эти тек­сты были ис­поль­зо­ва­ны на еди­ном го­су­дар­ствен­ном эк­за­ме­не в 2002-2010 годах.

Банк ФИПИ № блока B4B607

Из пред­ло­же­ния 1 вы­пи­ши­те фра­зео­ло­гизм.

15.  
i

(1)3емля  — кос­ми­че­ское тело, а мы  — кос­мо­нав­ты, со­вер­ша­ю­щие очень дли­тель­ный полёт во­круг Солн­ца, вме­сте с Солн­цем по бес­ко­неч­ной Все­лен­ной. (2)Си­сте­ма жиз­не­обес­пе­че­ния на нашем пре­крас­ном ко­раб­ле устро­е­на столь ост­ро­ум­но, что она по­сто­ян­но са­мо­об­нов­ля­ет­ся и таким об­ра­зом обес­пе­чи­ва­ет воз­мож­ность пу­те­ше­ство­вать мил­ли­ар­дам пас­са­жи­ров в те­че­ние мил­ли­о­нов лет.

 

(3)Труд­но пред­ста­вить себе кос­мо­нав­тов, ле­тя­щих на ко­раб­ле через кос­ми­че­ское про­стран­ство, со­зна­тель­но раз­ру­ша­ю­щих слож­ную и тон­кую си­сте­му жиз­не­обес­пе­че­ния, рас­счи­тан­ную на дли­тель­ный полёт. (4)Но вот по­сте­пен­но, по­сле­до­ва­тель­но, с изум­ля­ю­щей без­от­вет­ствен­но­стью мы эту си­сте­му жиз­не­обес­пе­че­ния вы­во­дим из строя, отрав­ляя реки, сводя леса, портя Ми­ро­вой океан. (5)Если на ма­лень­ком кос­ми­че­ском ко­раб­ле кос­мо­нав­ты нач­нут су­ет­ли­во пе­ре­ре­зать про­во­доч­ки, раз­вин­чи­вать вин­ти­ки, про­свер­ли­вать ды­роч­ки в об­шив­ке, то это при­дет­ся ква­ли­фи­ци­ро­вать как са­мо­убий­ство. (6)Но прин­ци­пи­аль­ной раз­ни­цы у ма­лень­ко­го ко­раб­ля с боль­шим нет. (7)Во­прос толь­ко раз­ме­ров и вре­ме­ни.

 

(8)Че­ло­ве­че­ство, по-моему,  — это свое­об­раз­ная бо­лезнь пла­не­ты. (9)3аве­лись, раз­мно­жа­ют­ся, кишат мик­ро­ско­пи­че­ские, в пла­не­тар­ном, а тем более во все­лен­ском, мас­шта­бе су­ще­ства. (10)Скап­ли­ва­ют­ся они в одном месте, и тут же по­яв­ля­ют­ся на теле земли глу­бо­кие язвы и раз­ные на­ро­сты. (11)Стоит толь­ко при­вне­сти ка­пель­ку зло­вред­ной (с точки зре­ния земли и при­ро­ды) куль­ту­ры в зелёную шубу Леса (бри­га­да ле­со­ру­бов, один барак, два трак­то­ра)  — и вот уж рас­про­стра­ня­ет­ся от этого места ха­рак­тер­ное, симп­то­ма­ти­че­ское, бо­лез­нен­ное пятно. (12)Снуют, раз­мно­жа­ют­ся, де­ла­ют своё дело, вы­едая недра, ис­то­щая пло­до­ро­дие почвы, отрав­ляя ядо­ви­ты­ми от­прав­ле­ни­я­ми сво­и­ми реки и оке­а­ны, саму ат­мо­сфе­ру Земли.

 

(13)К со­жа­ле­нию, столь же ра­ни­мы­ми, как и био­сфе­ра, столь же без­за­щит­ны­ми перед на­по­ром так на­зы­ва­е­мо­го тех­ни­че­ско­го про­грес­са ока­зы­ва­ют­ся такие по­ня­тия, как ти­ши­на, воз­мож­ность уеди­не­ния и ин­тим­но­го об­ще­ния че­ло­ве­ка с при­ро­дой, с кра­со­той нашей земли. (14)С одной сто­ро­ны, че­ло­век, за­дер­ган­ный бес­че­ло­веч­ным рит­мом со­вре­мен­ной жизни, ску­чен­но­стью, огром­ным по­то­ком ис­кус­ствен­ной ин­фор­ма­ции, от­уча­ет­ся от ду­хов­но­го об­ще­ния с внеш­ним миром, с дру­гой сто­ро­ны, сам этот внеш­ний мир при­ве­ден в такое со­сто­я­ние, что уже под­час не при­гла­ша­ет че­ло­ве­ка к ду­хов­но­му с ним об­ще­нию.

 

(15)Не­из­вест­но, чем кон­чит­ся для пла­не­ты эта ори­ги­наль­ная бо­лезнь, на­зы­ва­е­мая че­ло­ве­че­ством. (16)Успе­ет ли Земля вы­ра­бо­тать какое-ни­будь про­ти­во­ядие?

(По В. Со­ло­ухи­ну*)

 

* Вла­ди­мир Алек­се­е­вич Со­ло­ухин (1924—1997), поэт, про­за­ик. Раз­мыш­ляя о со­вре­мен­ном че­ло­ве­ке, В.Со­ло­ухин осве­щал про­бле­мы его вза­и­мо­дей­ствия с зем­лей, при­ро­дой, куль­ту­рой, на­сле­ди­ем про­шло­го.

Из пред­ло­же­ния 3 вы­пи­ши­те кон­текст­ные си­но­ни­мы.

16.  
i

(1)В мар­тов­ском и ап­рель­ском но­ме­рах жур­на­ла «Урал» за 2004 год опуб­ли­ко­ва­на по­весть Ма­ри­ны Го­лу­биц­кой «Вот и вся лю­бовь». (2)Она по­свя­ще­на перм­ской учи­тель­ни­це ли­те­ра­ту­ры, зна­ме­ни­той в 70-80-х годах Елене Ни­ко­ла­ев­не (фа­ми­лия в по­ве­сти из­ме­не­на, а имя и от­че­ство  — нет).

 

(3)А я хо­ро­шо знала Елену Ни­ко­ла­ев­ну. (4)При со­вет­ской вла­сти её вы­жи­ли из элит­ной школы: не лю­би­ли тогда, чтоб лич­ность вы­де­ля­лась умом и ис­крен­но­стью  — ох, как не лю­би­ли! (5)И она ушла ра­бо­тать в школу ра­бо­чей мо­ло­де­жи, где я как раз слу­жи­ла биб­лио­те­ка­рем.

 

(6)На самом деле мне толь­ко ка­за­лось, что я хо­ро­шо знала Елену Ни­ко­ла­ев­ну! (7)3нала, да не знала! (8)В по­ве­сти при­ве­де­ны пись­ма Елены Ни­ко­ла­ев­ны, много её пре­крас­ных писем. (9)Глу­бо­ких, ярких писем, в ко­то­рых её лю­бовь к уче­ни­кам, её па­мять о каж­дом из них так по­ра­зи­ли меня!

 

(10)Я долго пла­ка­ла, когда за­кон­чи­ла чи­тать по­весть, и это были про­светлённые, бла­го­дар­ные слёзы. (11)Я чув­ство­ва­ла себя счаст­ли­вой и по­то­му, что Ма­ри­на Го­лу­биц­кая на­пи­са­ла эту пре­крас­ную по­весть о чу­дес­ном че­ло­ве­ке, и по­то­му, что жил этот че­ло­век  — Елена Ни­ко­ла­ев­на  — в Перми, моём го­ро­де! (12)А более всего меня ра­до­ва­ла мысль, что на самом деле «время  — чест­ный че­ло­век». (13)Как лю­би­ла учи­тель­ни­ца своих уче­ни­ков! (14)И они от­пла­ти­ли ей вза­им­но­стью! (15)Когда Елена Ни­ко­ла­ев­на ока­за­лась за гра­ни­цей, где стра­да­ла от но­сталь­гии, оди­но­че­ства и бо­лез­ней, уче­ни­ки пи­са­ли, при­ез­жа­ли, по­мо­га­ли, снова пи­са­ли, снова при­ез­жа­ли...

 

(16)Я помню, как мы од­на­ж­ды в школе ра­бо­чей молодёжи вели с Еле­ной Ни­ко­ла­ев­ной дол­гий раз­го­вор о «Виш­не­вом саде». (17)Она го­во­ри­ла: «У Ло­па­хи­на есть уме­ние жить, но нет куль­ту­ры, а у Ра­нев­ской есть куль­ту­ра, но со­вер­шен­но нет уме­ния жить».

 

  — (18)Будет ли в Рос­сии время, когда всё это уме­стит­ся в одном че­ло­ве­ке?  — спро­си­ла я.

 

(19)Помню, как иро­нич­но она на меня по­смот­ре­ла в ответ...

 

(20)Но как она тос­ко­ва­ла по этой Рос­сии! (21)Пе­ре­чи­ты­ва­ла лю­би­мых ав­то­ров, пи­са­ла пре­крас­ные пись­ма уче­ни­кам, остав­шим­ся на ро­ди­не. (22)Есть такое зна­ме­ни­тое из­ре­че­ние: «Тер­пе­ние кра­си­во». (23)Её тер­пе­ние было кра­си­во.

 

(24)И всё же, когда она за­бо­ле­ла и ока­за­лась в доме для пре­ста­ре­лых... вдруг от­ка­за­лась при­ни­мать ле­кар­ства и через месяц умер­ла. (25)Как Го­голь. (26)Но это я так думаю. (27)Мы же ни­ко­гда не узна­ем, по­че­му про­изо­шло то, что про­изо­шло в конце...

 

(28)Но оста­лись уче­ни­ки  — много уче­ни­ков. (29)И все пом­нят её уроки, её мысли, её доб­ро­ту и ши­ро­ту её взгля­дов. (30)И та же Ма­ри­на Го­лу­биц­кая меч­та­ет когда-ни­будь  — там  — снова встре­тить­ся с Еле­ной Ни­ко­ла­ев­ной и по­си­деть с нею на ска­мей­ке, как бы­ва­ло, чтоб на­го­во­рить­ся всласть...

(По Н. Гор­ла­но­вой*)

 

*Нина Вик­то­ров­на Гор­ла­но­ва (род. в 1947)  — рос­сий­ская пи­са­тель­ни­ца, пуб­ли­ку­ет­ся с 1980 года.

Ис­точ­ник: тре­ни­ро­воч­ный ва­ри­ант

Из пред­ло­же­ния 6 вы­пи­ши­те фра­зео­ло­гизм.

17.  
i

(1)По­че­му-то мно­гие со­вре­мен­ные эст­рад­ные «звёзды» с осо­бен­ным удо­воль­стви­ем го­во­рят о том, как плохо они учи­лись в школе. (2)Кому-то объ­яв­ля­ли вы­го­во­ры за ху­ли­ган­ство, кого-то остав­ля­ли на вто­рой год, кто-то до­во­дил пе­да­го­гов до об­мо­роч­но­го со­сто­я­ния сво­и­ми умо­по­мра­чи­тель­ны­ми причёсками... (3)Можно по-раз­но­му от­но­сить­ся к по­доб­ным от­кро­ве­ни­ям наших «звёзд»: одних эти рас­ска­зы об озор­ном дет­стве при­во­дят в уми­ле­ние, дру­гие на­чи­на­ют ворч­ли­во се­то­вать на то, что се­год­ня путь на сцену от­крыт толь­ко без­да­рям и не­веж­дам.

 

(4)Но боль­ше всего бес­по­ко­ит ре­ак­ция под­рост­ков. (5)У них воз­ни­ка­ет стой­кое убеж­де­ние, что наи­бо­лее ко­рот­кий путь к из­вест­но­сти про­ле­га­ет через дет­скую ком­на­ту ми­ли­ции. (6)Они-то всё при­ни­ма­ют за чи­стую мо­не­ту. (7)Они да­ле­ко не все­гда по­ни­ма­ют, что рас­ска­зы о «без­ба­шен­ном» дет­стве, когда бу­ду­щая «звез­да» по­ра­жа­ла всех окру­жа­ю­щих своим эк­зо­ти­че­ским свое­об­ра­зи­ем,  — это всего лишь сце­ни­че­ская ле­ген­да, что-то вроде кон­церт­но­го ко­стю­ма, ко­то­рый от­ли­ча­ет ар­ти­ста от обыч­но­го че­ло­ве­ка. (8)Под­ро­сток не про­сто вос­при­ни­ма­ет ин­фор­ма­цию, он её ак­тив­ным об­ра­зом пре­об­ра­зо­вы­ва­ет. (9)Эта ин­фор­ма­ция ста­но­вит­ся ос­но­вой для его жиз­нен­ной про­грам­мы, для вы­ра­бот­ки путей и спо­со­бов до­сти­же­ния цели. (10)Вот по­че­му че­ло­век, ко­то­рый что-то ве­ща­ет на мно­го­мил­ли­он­ную ауди­то­рию, дол­жен об­ла­дать вы­со­ким чув­ством от­вет­ствен­но­сти.

 

(11)На самом ли деле он вы­ра­жа­ет свои мысли или бес­со­зна­тель­но про­дол­жа­ет сце­ни­че­скую игру и го­во­рит то, чего от него ждут по­клон­ни­ки? (12)По­смот­ри­те: я «свой», такой же, как все. (13)От­сю­да и иро­нич­но-снис­хо­ди­тель­ное от­но­ше­ние к об­ра­зо­ван­но­сти, и ко­кет­ли­вое ёрни­ча­нье: «Уче­нье  — свет, а не­уче­нье  — при­ят­ный по­лу­мрак», и над­мен­ное са­мо­лю­бо­ва­ние. (14)Но вот пе­ре­да­ча за­кон­чи­лась. (15)Что оста­лось в душе тех, кто слу­шал ар­ти­ста? (16)Какие се­ме­на он по­се­ял в до­вер­чи­вых серд­цах? (17)Кого он сде­лал лучше? (18)Кого он на­пра­вил на путь твор­че­ско­го со­зи­да­ния? (19)Когда од­но­му из­вест­но­му ди-джею мо­ло­день­кая жур­на­лист­ка за­да­ла эти во­про­сы, он про­сто фырк­нул: да идите вы, я со­всем не для этого... (20)И в этом не­до­умен­ном воз­му­ще­нии «поп-звез­ды» про­яв­ля­ет­ся её граж­дан­ская не­зре­лость, её че­ло­ве­че­ская «не­до­об­ра­зо­ван­ность». (21)А че­ло­век, ко­то­рый ещё не по­стро­ил себя как лич­ность, не осо­знал своей мис­сии в об­ще­стве, ста­но­вит­ся по­кор­ным слу­гой толпы, её вку­сов и по­треб­но­стей. (22)Он, может быть, и умеет петь, но не знает, для чего поёт.

 

(23)Если ис­кус­ство не зовёт к свету, если оно, хи­хи­кая и лу­ка­во под­ми­ги­вая, тащит че­ло­ве­ка в «при­ят­ный по­лу­мрак», если оно ядо­ви­той кис­ло­той иро­нии уни­что­жа­ет не­зыб­ле­мые цен­но­сти, тогда воз­ни­ка­ет ре­зон­ный во­прос: а нужно ли такое «ис­кус­ство» об­ще­ству, до­стой­но ли оно того, чтобы стать ча­стью на­ци­о­наль­ной куль­ту­ры?

(По И. Гон­цо­ву*)

 

*Игорь Гон­цов  — со­вре­мен­ный пуб­ли­цист.

Из пред­ло­же­ния 6 вы­пи­ши­те фра­зео­ло­гизм.

 

18.  
i

(1)Ша­та­лов рас­то­пил печку, сам усел­ся на стул вер­хом и за­ку­рил. (2)Боль в ко­стях уси­ли­лась, мо­но­тон­ная, нуд­ная...

 

(3)Все не­при­ят­но­сти на­ча­лись тогда же, когда он за­ра­бо­тал этот тре­кля­тый рев­мо­кар­дит. (4)Уди­ви­тель­но глупо бы­ва­ет ино­гда: ма­лень­кий, ря­до­вой слу­чай ста­но­вит­ся во­до­раз­де­лом целой судь­бы.

 

(5)Ша­та­лов  — в те вре­ме­на стар­ший лей­те­нант, штур­ман гид­ро­гра­фи­че­ско­го судна  — за­пу­стил отчётную до­ку­мен­та­цию и не­де­лю не вы­ле­зал из каюты, за­ни­ма­ясь жур­на­ла­ми бо­е­вой под­го­тов­ки, ак­та­ми на спи­са­ние шки­пер­ско­го и штур­ман­ско­го иму­ще­ства, кон­спек­та­ми за­ня­тий с лич­ным со­ста­вом. (6)От бес­ко­неч­ных «раз­де­лов», «под­раз­де­лов», «па­ра­гра­фов» и «при­ме­ча­ний» уже ря­би­ло в гла­зах и по­че­му-то че­са­лось за ши­во­ро­том. (7)Сроки сдачи до­ку­мен­та­ции на­дви­га­лись не­умо­ли­мо, ко­ман­дир ко­раб­ля при встре­че хму­рил брови, а конца ра­бо­те всё не было видно.

 

(8)И вдруг при­каз вы­хо­дить в море: где-то на ост­ров­ке ис­пор­тил­ся ав­то­ма­ти­че­ский маяк, и надо было сме­нить го­рел­ку. (9)Осен­няя Бал­ти­ка штор­ми­ла, но штур­ман ли­ко­вал. (10)Он был молод. (11)Он коз­лом пры­гал от ком­па­са к карте, от ра­дио­пе­лен­га­то­ра к эхо­ло­ту: ведь никто те­перь не мог за­гнать его в каюту и за­ста­вить пи­сать акты ин­вен­тар­ной ко­мис­сии  — он вёл ко­рабль через штор­мо­вое море!

 

(12)Ост­ро­вок был за­мкнут в коль­цо при­боя, но штур­ман вы­звал­ся идти туда на вель­бо­те. (13)Он уве­рил ко­ман­ди­ра в том, что уже не­од­но­крат­но вы­са­жи­вал­ся здесь, что знает про­хо­ды в при­бреж­ных кам­нях. (14)Он ни­ко­гда даже близ­ко здесь не был и не ведал ни­ка­ких про­хо­дов. (15)3ато он хо­ро­шо по­ни­мал, что срок сдачи до­ку­мен­та­ции будет продлён, если удаст­ся на­ла­дить маяк, не до­жи­да­ясь ослаб­ле­ния штор­мо­во­го ветра.

(16)Нет, это не была со­всем уж от­ча­ян­ная аван­тю­ра. (17)Ша­та­лов был хо­ро­шим мо­ря­ком и рум­пель вель­бо­та чув­ство­вал не толь­ко ла­до­нью, но и всем своим су­ще­ством. (18)Про­сто судь­ба из­ме­ни­ла... (19)Он по­те­рял ори­ен­ти­ров­ку среди волн, бу­ру­нов, завес из брызг...

 

(20)На­все­гда за­пом­ни­лись скольз­кий блеск на миг об­на­жив­ше­го­ся камня под самым бор­том вель­бо­та, удар, треск ло­ма­ю­щих­ся вёсел, пе­ре­ко­шен­ные рты на мат­рос­ских лицах и рык ветра... (21)Толь­ко чудом никто не погиб. (22)Из­ра­нен­ные, про­стыв­шие, они боль­ше суток про­ве­ли на ост­ров­ке, пока не затих шторм.

 

(23)Хотя Ша­та­лов ма­яч­но­го огня и не зажёг, но от до­ку­мен­та­ции из­ба­вил­ся: уго­дил на пол­го­да в гос­пи­таль. (24)3а не­оправ­дан­ное ли­ха­че­ство ему не при­сво­и­ли оче­ред­ное зва­ние, а когда на­ча­лось новое со­кра­ще­ние во­оружённых сил, де­мо­би­ли­зо­ва­ли одним из пер­вых.

(По В. Ко­нец­ко­му*)

 

*Вик­тор Вик­то­ро­вич Ко­нец­кий (1929-2002)  — ка­пи­тан даль­не­го пла­ва­ния, про­за­ик, сце­на­рист. В своих про­из­ве­де­ни­ях от­ра­зил жизнь мо­ря­ков-по­ляр­ни­ков.

Из пред­ло­же­ния 4 вы­пи­ши­те кон­текст­ные си­но­ни­мы.

19.  
i

(1)Москва по­гло­ща­ет огром­ное ко­ли­че­ство цве­тов, и цены на них все­гда вы­со­кие.

(2)Но от­че­го же моск­ви­чи пла­тят так до­ро­го за один цве­ток? (3)От­че­го во­об­ще люди пла­тят за цветы день­ги? (4)На­вер­ное, от­то­го, что су­ще­ству­ет по­треб­ность в кра­со­те. (5)Если же вспом­нить цены, то придётся сде­лать вывод, что у людей те­перь голод на кра­со­ту и голод на об­ще­ние с живой при­ро­дой, при­об­ще­ние к ней, связь с ней, хотя бы мимолётную.

 

(6)Тем более что в цве­тах мы имеем дело не с какой-ни­будь псев­до­кра­со­той, а с иде­а­лом и об­раз­цом. (7)Тут не может быть ни­ка­ко­го об­ма­на, ни­ка­ко­го риска. (8)Хру­сталь­ная ваза, фар­фо­ро­вая чашка, брон­зо­вый под­свеч­ник, ак­ва­рель, кру­же­во, юве­лир­ное из­де­лие... (9)Тут всё за­ви­сит от ма­стер­ства и от вкуса. (10)Вещь может быть до­ро­гой, но не­кра­си­вой, без­вкус­ной. (11)Надо и са­мо­му, по­ку­пая, об­ла­дать если не от­то­чен­ным вку­сом и чув­ством под­лин­но­го, то хотя бы по­ни­ма­ни­ем, чтобы не ку­пить вме­сто вещи, ис­пол­нен­ной бла­го­род­ства, вещь аля­по­ва­тую, пом­пез­ную, по­ш­лую, лишь с пре­тен­зи­ей на бла­го­род­ство и под­лин­ность.

 

(12)Но при­ро­да жуль­ни­чать не умеет. (13)Со­гла­сим­ся, что цве­то­чек кис­ли­цы не тюль­пан. (14)С одним тюль­па­ном можно прий­ти в дом, а с одним цве­точ­ком кис­ли­цы  — скуд­но­ва­то. (15)Но это лишь наша че­ло­ве­че­ская услов­ность. (16)При­гля­дим­ся к нему, к цве­точ­ку ве­ли­чи­ной с но­го­ток ми­зин­ца, и мы уви­дим, что он такое же со­вер­шен­ство, как и огром­ная по срав­не­нию с ним, тяжёлая чаша тюль­па­на, а может быть, даже изящ­нее её... (17)Что ка­са­ет­ся под­лин­но­сти, то во­про­са не су­ще­ству­ет.

 

(18)Но, ко­неч­но, лучше, когда кра­со­ту не надо раз­гля­ды­вать, на­пря­гая зре­ние. (19)Мимо цве­точ­ков кис­ли­цы можно прой­ти, не за­ме­тив их, а мимо тюль­па­на не пройдёшь. (20)Не­да­ром, как из­вест­но, он был одно время пред­ме­том страст­но­го увле­че­ния че­ло­ве­че­ства.

 

(21)Од­на­ко и кроме воз­ве­де­ния время от вре­ме­ни в культ ка­ко­го-ни­будь од­но­го цвет­ка, цветы имеют над лю­дь­ми не­за­мет­ную, но по­сто­ян­ную власть. (22)По­треб­ность в них была ве­ли­ка во все вре­ме­на. (23)Более того, по от­но­ше­нию об­ще­ства к цве­там можно было во все вре­ме­на су­дить о самом об­ще­стве и о его здо­ро­вье либо бо­лез­ни, о его то­ну­се и ха­рак­те­ре. (24)Го­су­дар­ство в рас­цве­те и силе  — во всём мера. (25)Цветы в боль­шой цене, од­на­ко без каких-либо па­то­ло­ги­че­ских от­кло­не­ний. (26)С раз­ло­же­ни­ем го­су­дар­ствен­ной кре­по­сти от­но­ше­ние к цве­там при­ни­ма­ет черты из­ли­ше­ства и бо­лез­нен­но­сти. (27)Разве это не свое­об­раз­ный ба­ро­метр?

 

(28)У нас так же, как и везде в ци­ви­ли­зо­ван­ном мире, цве­та­ми встре­ча­ют но­во­рождённого и про­во­жа­ют по­кой­ни­ка, при­вет­ству­ют име­нин­ни­ка и бла­го­да­рят ар­ти­ста. (29)Но вот как могут цветы со­че­тать­ся с этими не­мы­ты­ми лест­нич­ны­ми стёклами, с этими тёмными по­би­ты­ми сте­на­ми? (30)И с этим за­па­хом в подъ­ез­де, и с этим лиф­том, ис­ца­ра­пан­ным внут­ри ост­рым гвоздём?..

(По В. Со­ло­ухи­ну*)

 

*Вла­ди­мир Алек­се­е­вич Со­ло­ухин (1924-1997)  — поэт, про­за­ик, пуб­ли­цист.

Вы­пи­ши­те слова, ко­то­рые яв­ля­ют­ся кон­текст­ны­ми си­но­ни­ма­ми в пред­ло­же­ни­ях.

 

огром­ное, вы­со­кие (пред­ло­же­ние 1)

ма­стер­ство, вкус (пред­ло­же­ние 9)

не­кра­си­вая, без­вкус­ная (пред­ло­же­ние 10)

не­за­мет­ная, по­сто­ян­ная (пред­ло­же­ние 21)

20.  
i

(1)В мо­ло­до­сти я счи­тал себя че­ло­ве­ком от­лич­но вос­пи­тан­ным. (2)При встре­че со зна­ко­мы­ми умел веж­ли­во по­здо­ро­вать­ся. (3)В раз­го­во­ре вни­ма­тель­но слу­шал со­бе­сед­ни­ка, не поз­во­ляя себе пе­ре­би­вать его рас­сказ, как бы дли­нен он ни был. (4)В споре, даже самом го­ря­чем, ни­ко­гда не кри­чал и тем более не упо­треб­лял гру­бых слов. (5)Не было слу­чая, чтобы я, не­ча­ян­но кого-ни­будь толк­нув, не из­ви­нил­ся или прошёл в дверь пер­вым, не усту­пив до­ро­гу спут­ни­ку. (6)Сло­вом, вос­пи­та­ние моё ка­за­лось мне без­упреч­ным.

 

(7)Но толь­ко ка­за­лось. (8)И вы­яс­ни­лось это со­вер­шен­но не­ожи­дан­но. (9)Как-то, во время сту­ден­че­ской прак­ти­ки, мне при­ш­лось про­жить две не­де­ли с ар­те­лью ле­со­ру­бов. (10)И вот од­на­ж­ды ве­че­ром я не­ча­ян­но под­слу­шал раз­го­вор, за­пом­нив­ший­ся мне на­все­гда.

 

(11)При­сев на по­ро­ге нашей про­стор­ной зем­лян­ки, ар­тель­ный ста­ро­ста тихо бе­се­до­вал со стря­пу­хой. (12)Речь шла обо мне.

— (13)Па­рень-то он ни­че­го,— го­во­ри­ла стря­пу­ха,— гра­мот­ный, да уж боль­но серый! (14)Вос­пи­та­ния нет ни­ка­ко­го.

— (15)А что?  — за­ин­те­ре­со­вал­ся ста­ро­ста.

— (16)Да всё де­ла­ет не по-люд­ски. (17)Умы­вать­ся начнёт  — весь пол зальёт, потом под­ти­рай за ним. (18)К столу сядет  — нет, чтобы спер­ва жид­кое хле­бать, сразу, без ко­ман­ды, со дна мясо тас­кать на­чи­на­ет. (19)Уж на что не­труд­ное дело  — ложку ко рту под­не­сти, так и то не при­учен. (20)Хлеб под ложку не под­ста­вит, на стол на­ка­па­ет. (21)И где толь­ко он до­се­ле жил?

 

(22)Я слу­шал и чув­ство­вал, что крас­нею. (23)«Ну и ну! (24)Так, зна­чит, я „серый“?»

 

(25)Спер­ва я, ко­неч­но, оби­дел­ся. (26)Но потом, по­раз­мыс­лив, понял, что стря­пу­ха по-сво­е­му со­вер­шен­но права.

(27)Прав­да, по утрам я не за­бы­вал с ней по­здо­ро­вать­ся, веж­ли­во сто­ро­нил­ся, когда она несла к столу ки­пя­щий са­мо­вар или тяжёлый гор­шок со щами, а вста­вая из-за стола, бла­го­да­рил за обед. (28)Но это её не удив­ля­ло. (29)Для неё всё это было при­выч­но и есте­ствен­но. (30)Но вот те про­бе­лы в моём вос­пи­та­нии, о ко­то­рых шла речь, были очень за­мет­ны. (31)И при­ми­рить­ся с ними она не могла.

 

(32)Впро­чем, с моей сто­ро­ны боль­шой вины здесь не было. (33)С дет­ства я жил в квар­ти­ре с во­до­про­во­дом, ел из от­дель­ной та­рел­ки. (34)Мне не при­хо­ди­лось умы­вать­ся над вед­ром из ков­ши­ка, не слу­ча­лось есть из об­ще­го ар­тель­но­го котла. (35)По­это­му я и не знал осо­бых пра­вил по­ве­де­ния, ко­то­рые были обя­за­тель­ны для людей, жив­ших в дру­гих усло­ви­ях. (36)А вы­пол­нять их было не менее важно, чем те, го­род­ские, ко­то­рым я при­вык под­чи­нять­ся.

 

(37)Этот слу­чай за­ста­вил меня впер­вые за­ду­мать­ся над тем, что же такое хо­ро­шо вос­пи­тан­ный че­ло­век. (38)Ка­ко­вы на самом деле те пра­ви­ла по­ве­де­ния, ко­то­рым мы обя­за­ны под­чи­нять­ся?

(39)Впо­след­ствии я убеж­дал­ся не раз, что пра­ви­ла эти су­ще­ству­ют в любом об­ще­стве, в каж­дом кол­лек­ти­ве. (40)Кое в чём они раз­ли­ча­ют­ся. (41)Это за­ви­сит от усло­вий, в ко­то­рых живут люди.

 

(42)Но каких пра­вил по­ве­де­ния ни кос­нись, в глав­ном они все­гда одни и те же: ува­жай окру­жа­ю­щих, счи­тай­ся с ними. (43)Стро­го со­блю­дая пра­ви­ла по­ве­де­ния, ты бу­дешь хо­ро­шим то­ва­ри­щем всем, кто об­ща­ет­ся с тобой в семье, в школе, на от­ды­хе.

 

(По А. До­ро­хо­ву*)

* Алек­сей До­ро­хов  — со­вре­мен­ный пи­са­тель.

Из пред­ло­же­ний 16—21 вы­пи­ши­те уста­рев­шее слово.

21.  
i

(1)Скажу «Таня»  — и рас­пахнётся что-то... (2)Слов­но от­кро­ешь утром плот­ные шторы  — и свет ворвётся в дом.

 

(3)С Таней мы зна­ко­мы с дет­ско­го са­ди­ка: ещё со­всем кро­ха­ми хо­ди­ли в одну груп­пу. (4)Но там я её не помню, а пер­вое вос­по­ми­на­ние такое. (5)Мы с папой гу­ля­ли в парке, и вдруг я услы­шал прон­зи­тель­ный, яркий крик: кто-то звал меня. (6)Ока­зы­ва­ет­ся, это какая-то дев­чон­ка меня окли­ка­ла.

 

(7)Впер­вые меня так ра­дост­но звали. (8)Она ма­ха­ла рукой и даже слег­ка под­пры­ги­ва­ла от ра­до­сти, дер­жась за руку сво­е­го папы.

 

(9)Мой отец ска­зал:

— Да это же Таня, ты с ней вме­сте в садик ходил!

 

(10)По­ду­ма­ешь, важ­ность! (11)Стоит из-за этого так орать? (12)Даже при всём снис­хож­де­нии к дев­чон­кам мне по­ка­за­лась такая ра­дость не­при­лич­ной. (13)Хотя, ко­неч­но, и при­ят­но...

— (14)Это он стес­ня­ет­ся,  — гром­ко ска­зал мой папа, оправ­ды­вая мою сдер­жан­ность.

 

(15)С тех пор живёт в душе острое и яркое вос­по­ми­на­ние: зной­ное лето, в свер­ка­ю­щих сол­неч­ных лучах горит по­став­лен­ная на про­свет соч­ная изу­мруд­ная листва... (16)По­сре­ди­не аллеи слов­но взле­та­ет дев­чон­ка в зелёном си­я­нии и мне рукою машет.

 

(17)С Таней мы по­па­ли в один класс и про­учи­лись вме­сте де­сять лет.(18)Но так ни разу тол­ком и не по­го­во­ри­ли. (19)Я по­смат­ри­вал на неё с таким чув­ством... (20)Слов­но знал про неё какую-то тайну: вспо­ми­нал, как она меня тогда в парке звала.

 

(21)Таня рас­цве­та­ла. (22)Боль­шие, ясные глаза её сияли дра­го­цен­ным карим цве­том. (23)На щеке, у губы, у неё была ро­дин­ка  — очень милая, какая-то род­ная. (24)Ро­дин­ка  — смеш­ное слово: будто бы Ро­ди­на, толь­ко ма­лень­кая...

 

(25)Таня стала пре­крас­ной гим­наст­кой, за­ни­ма­ла пер­вые места на со­рев­но­ва­ни­ях в нашем го­ро­де. (26)Прав­да, я так ни разу и не удо­су­жил­ся схо­дить на её вы­ступ­ле­ния...

 

(27)Я по­че­му-то сразу за­чис­лил Таню в ка­те­го­рию луч­ших дев­чо­нок: ду­шев­ных, пре­крас­ных, на­де­лил её луч­ши­ми ка­че­ства­ми  — и по­те­рял к ней вся­кий ин­те­рес. (28)В стар­ших клас­сах у меня воз­ник­ли важ­ные за­да­чи: олим­пи­а­ды по ма­те­ма­ти­ке, под­го­тов­ка в ин­сти­тут... (29)Потом я по­сту­пил в ин­сти­тут и на ка­ни­ку­лах встре­чал­ся с од­но­класс­ни­ка­ми, видел Таню и даже как-то на­пи­сал ей пись­мо.

 

(30)В ту встре­чу мы с ней по­че­му-то за­го­во­ри­ли о ли­стьях на де­ре­вьях, и тогда я нашёл сти­хо­тво­ре­ние япон­ско­го поэта о про­жил­ках на ли­стьях, о том, как он с дет­ства любил эти про­жил­ки ри­со­вать и вот те­перь с удив­ле­ни­ем раз­гля­ды­ва­ет их в ста­ро­сти. (31)Мне по­ка­за­лось, что Тане это будет ин­те­рес­но, и я ей это сти­хо­тво­ре­ние пе­ре­пи­сал...

 

(32)Потом я долго не при­ез­жал домой, не видел её, толь­ко слы­шал, что она не вы­хо­дит замуж, а все пред­ло­же­ния от­кло­ня­ет. (33)А потом вышла и ра­бо­та­ет сей­час тре­не­ром по гим­на­сти­ке, ма­лень­ких де­во­чек вос­пи­ты­ва­ет в каком-то тихом го­род­ке.

 

(34)Сей­час я по­че­му-то часто о ней вспо­ми­наю. (35)Од­на­ж­ды учи­тель­ни­ца нам ска­за­ла на класс­ном часе:

— А сей­час перед вами вы­сту­пит чем­пи­он­ка на­ше­го го­ро­да по гим­на­сти­ке...

 

(36)И вы­ско­чи­ла из-за двери Таня в трико и на­ча­ла ку­ро­ле­сить между ря­да­ми: хо­дить ко­ле­сом, де­лать стой­ку на руках, а под конец усе­лась у доски на шпа­гат  — с гордо от­став­лен­ной го­ло­вой. (37)Осан­ка у неё все­гда была пре­крас­ной...

 

(38)А когда за­кон­чи­ла ска­кать, от­ды­ша­лась и за­пе­ла песню  — гром­ко, ясно, вы­со­ким го­ло­сом, об­во­дя всех сво­и­ми дра­го­цен­ны­ми гла­за­ми. (39)Я по­ду­мал: Таня  — на­сто­я­щая кра­са­ви­ца! (40)И отвёл глаза.

(41) По­че­му-то мне ка­за­лось, что это всё Таня де­ла­ет спе­ци­аль­но для меня.

(42) На­вер­ное, я стра­дал тогда ма­ни­ей ве­ли­чия, ведь я за­ни­мал пер­вые места на олим­пи­а­дах по ма­те­ма­ти­ке» (43)Те­перь я знаю, что хо­ро­шие песни от­но­сят­ся очень лично к каж­до­му:

Хоть та земля теп­лей,

А ро­ди­на милей,

Милей  — за­пом­ни, жу­равлёнок, это слово!

 

(44)Таня. (45)Так и оста­лась в дет­стве моём эта свет­лая тайна. (46)По­че­му она кри­ча­ла так ра­дост­но тогда, когда уви­де­ла меня в парке?

 

(По Ю. Не­чи­по­рен­ко *)

* Юрий Дмит­ри­е­вич Не­чи­по­рен­ко (род. в 1956 г.)  — рус­ский про­за­ик, арт-кри­тик, ху­дож­ник, куль­ту­ро­лог.

Из пред­ло­же­ний 39—41 вы­пи­ши­те фра­зео­ло­гизм.

22.  
i

(1)Шла война, на ко­то­рую мы, шест­на­дца­ти­лет­ние маль­чиш­ки, пока ещё не по­па­ли. (2)Время было го­лод­ное. (3)По сту­ден­че­ским кар­точ­кам нам да­ва­ли всего по че­ты­ре­ста грам­мов хлеба.

 

(4) А между тем даже сли­воч­ное масло, око­рок, яйца, сме­та­на су­ще­ство­ва­ли в нашей ком­на­те в об­ще­жи­тии  — в тум­боч­ке Мишки Ели­се­е­ва, отец ко­то­ро­го ра­бо­тал на скла­де и каж­дое вос­кре­се­нье при­хо­дил к сыну и при­но­сил све­жую обиль­ную еду.

 

(5) На Миш­ки­ной тум­боч­ке висел замок. (6)Мы даже не под­хо­ди­ли к ней: не­при­кос­но­вен­ность чу­жо­го замка вы­ра­ба­ты­ва­лась у че­ло­ве­ка ве­ка­ми и была свя­щен­на во все вре­ме­на, ис­клю­чая со­ци­аль­ные ка­та­клиз­мы  — сти­хий­ные бунты или за­ко­но­мер­ные ре­во­лю­ции.

 

(7)Как-то зимой у нас по­лу­чи­лось два вы­ход­ных дня, и я решил, что пойду к себе в де­рев­ню и при­не­су ка­ра­вай чёрного хлеба. (8)Ре­бя­та меня от­го­ва­ри­ва­ли: да­ле­ко  — сорок пять ки­ло­мет­ров, на улице стужа и воз­мож­на ме­тель. (9)Но я по­ста­вил себе за­да­чу при­не­сти ре­бя­там хлеб.

 

(10)Утром, не­смот­ря на разыг­рав­шу­ю­ся ме­тель, я до­брал­ся до ро­ди­тель­ско­го дома. (11)Пе­ре­но­че­вав и по­ло­жив дра­го­цен­ный ка­ра­вай в за­плеч­ный мешок, я от­пра­вил­ся об­рат­но к своим дру­зьям в студёном, го­лод­ном об­ще­жи­тии.

 

(12)Долж­но быть, я про­сту­дил­ся, и те­перь на­чи­на­лась бо­лезнь. (13)Меня охва­ти­ла не­ве­ро­ят­ная сла­бость, и, прой­дя по стуже два­дцать пять ки­ло­мет­ров, я под­нял руку про­хо­дя­ще­му гру­зо­ви­ку.

— (14)Спирт, табак, сало есть?  — гроз­но спро­сил шофёр.  — (15)Э, да что с тобой раз­го­ва­ри­вать!

— (16)Дя­день­ка, не уез­жай­те! (17)У меня хлеб есть.

 

(18)Я до­стал из мешка боль­шой, тяжёлый ка­ра­вай в на­деж­де, что шофёр от­ре­жет часть и за это довезёт до Вла­ди­ми­ра. (19)Но весь ка­ра­вай исчез в ка­би­не гру­зо­ви­ка. (20)Ви­ди­мо, бо­лезнь креп­ко за­хва­ти­ла меня, если даже само ис­чез­но­ве­ние ка­ра­вая, ради ко­то­ро­го я перенёс такие муки, было мне уже без­раз­лич­но.

 

(21)Придя в об­ще­жи­тие, я раз­дел­ся, залез в ле­дя­ное нутро по­сте­ли и по­про­сил дру­зей, чтобы они при­нес­ли ки­пят­ку.

— (22)А ки­пя­ток-то с чем?.. (23)Ты из дома-то не­уже­ли со­всем ни­че­го не принёс?

(24)Я рас­ска­зал им, как было дело.

— (25)А не был ли похож тот шофёр на на­ше­го Мишку Ели­се­е­ва?  — спро­сил Во­лодь­ка По­но­марёв.

— (26)Был,  — уди­вил­ся я, вспо­ми­ная круг­лую крас­ную харю шофёра с ма­лень­ки­ми се­ры­ми глаз­ка­ми.  — (27)А ты как узнал?

— (28)Да все ха­пу­ги и жа­дю­ги долж­ны же быть по­хо­жи друг на друга!

(29)Тут в ком­на­те по­явил­ся Мишка, и ре­бя­та, не вы­дер­жав, впер­вые

об­ра­ти­лись к нему с прось­бой.

— (30)Ви­дишь, за­хво­рал че­ло­век. (31)Дал бы ему хоть чего-ни­будь по­есть.

 

(32)Никто не ждал, что Мишку взорвёт таким об­ра­зом: он вдруг начал орать, на­сту­пая то на од­но­го, то на дру­го­го.

— (33)Ишь, какие лов­кие  — в чужую суму-то гля­деть! (34)Нет у меня ни­че­го в тум­боч­ке, мо­же­те про­ве­рить. (35)Раз­ре­ша­ет­ся.

(36)При этом он успел мет­нуть хит­рый взгляд на свой тяжёлый замок .

 

(37)На­ва­лив­ша­я­ся бо­лезнь, страш­ная уста­лость, сер­до­бо­лие, вло­жен­ное ма­те­рью в един­ствен­ный ка­ра­вай хлеба, бес­це­ре­мон­ность, с ко­то­рой у меня за­бра­ли этот ка­ра­вай, огор­че­ние, что не принёс его, за­бо­та ребят, бес­стыд­ная Миш­ки­на ложь  — всё это вдруг на­ча­ло мед­лен­но клу­бить­ся во мне, как клу­бит­ся, де­ла­ясь всё тем­нее и страш­нее, июль­ская гро­зо­вая туча. (38)Клубы росли, рас­ши­ря­лись, за­сти­ла­ли глаза и вдруг уда­ри­ли снизу в мозг тёмной вол­ной.

 

(39)Го­во­ри­ли мне потом, что я спо­кой­но взял клюш­ку, ко­то­рой мы кру­ши­ли спи­сан­ные тум­боч­ки, чтобы сжечь их в печке и со­греть­ся, и дви­нул­ся к тум­боч­ке с зам­ком. (40)Я под­нял клюш­ку и раз, и два, и вот уже об­на­жи­лось со­кро­вен­ное нутро «ам­ба­ра»: по­ка­ти­лась стек­лян­ная банка со сли­воч­ным мас­лом, ку­соч­ка­ми рас­сы­пал­ся белый-белый сахар, свер­точ­ки по­боль­ше и по­мень­ше по­ле­те­ли в раз­ные сто­ро­ны, на дне под свёрт­ка­ми по­ка­зал­ся хлеб.

 

— (41)Всё это съесть, а тум­боч­ку сжечь в печке,  — будто бы рас­по­ря­дил­ся я, пре­жде чем лёг в по­стель. (42)Са­мо­му мне есть не хо­те­лось, даже под­таш­ни­ва­ло. (43)Скоро я впал в за­бытьё, по­то­му что бо­лезнь вошла в пол­ную силу.

 

(44)Мишка ни­ко­му не по­жа­ло­вал­ся, но жить в нашей ком­на­те боль­ше не стал. (45)Его замок долго ва­лял­ся около печки, как не­нуж­ный и бес­по­лез­ный пред­мет. (46)Потом его унёс ко­мен­дант об­ще­жи­тия.

 

(По В. Со­ло­ухи­ну)

Со­ло­ухин Вла­ди­мир Алек­се­е­вич (1924—1997 гг.)  — рус­ский пи­са­тель и поэт, вид­ный пред­ста­ви­тель «де­ре­вен­ской прозы». В на­сле­дии пи­са­те­ля осо­бое место за­ни­ма­ет ав­то­био­гра­фи­че­ская проза, в ко­то­рой автор осмыс­ля­ет ис­то­рию Рос­сии XX века.

Из пред­ло­же­ния 40 вы­пи­ши­те ан­то­ни­мы (ан­то­ни­ми­че­скую пару).

23.  
i

(1)В су­ро­вые во­ен­ные годы во время бомбёжки моя ба­буш­ка все­гда сто­я­ла на посту с вин­тов­кой за пле­ча­ми и со свист­ком в руке. (2)Ма­лень­ко­го ро­сточ­ка, но очень пол­ная, она, как ко­ло­бок, вы­ка­ты­ва­лась на пост и на­прав­ля­ла людей в укры­тие, под­бад­ри­вая от­став­ших тон­кой тре­лью свист­ка.

 

(3)Зи­на­и­ду Ильи­нич­ну со­се­ди лю­би­ли за доб­ро­ту и уме­ние со­ве­том или нуж­ным сло­вом под­бод­рить че­ло­ве­ка. (4)А мы, дети, в ней про­сто души не чаяли. (5)В де­ви­че­стве она была Юс­у­по­вой (сво­и­ми кор­ня­ми втай­не очень гор­ди­лась), и во­сточ­ный от­блеск при­да­вал её об­ли­ку осо­бый ко­ло­рит.

 

(6)Весь подъ­езд пом­нил ис­то­рию с Ива­ном, три­на­дца­ти­лет­ним под­рост­ком, пе­ре­ехав­шим в наш дом с боль­ной ма­те­рью и по­лу­сле­пой ба­буш­кой. (7)3а свою ко­рот­кую жизнь под­ро­сток успел по­бы­вать в ко­ло­нии за во­ров­ство, в подъ­ез­де по­на­ча­лу зву­ча­ла его гром­кая ру­гань. (8)С со­гла­сия его ма­те­ри ба­буш­ка взя­лась устро­ить Ивана на под­ра­бот­ку в театр юного зри­те­ля. (9)Пол­го­да она бук­валь­но за руку во­ди­ла его на спек­так­ли, го­ря­чо об­суж­да­ла с ним по­лу­чен­ные впе­чат­ле­ния, про­си­ла опи­сать свои ощу­ще­ния и эмо­ции. (10)Потом, шаг за шагом, на­учи­ла ра­бо­тать над собой с по­мо­щью днев­ни­ка.

 

(11)Ре­зуль­тат пре­взошёл все ожи­да­ния. (12)Ва­неч­ка, как на­зы­ва­ла его ба­буш­ка, об­ла­дая за­ме­ча­тель­ной па­мя­тью и аб­со­лют­ным слу­хом, ока­зал­ся одарён и ар­ти­сти­че­ским та­лан­том. (13)В те­че­ние года он вы­учил все роли и с лёгко­стью под­ме­нял от­сут­ству­ю­щих актёров. (14)За­кон­чив после войны ре­жиссёрское и сце­нар­ное от­де­ле­ние ВГИКа, Иван впо­след­ствии стал за­слу­жен­ным ар­ти­стом и ре­жиссёром.

 

(15)Бу­дучи учи­тель­ни­цей на­чаль­ных клас­сов, ба­буш­ка умела со­здать на уро­ках ат­мо­сфе­ру игры, в то же время не давая уче­ни­кам уйти от глав­ной цели  — по­лу­че­ния новых зна­ний. (16)Уроки ра­до­сти  — таков был стиль её пре­по­да­ва­ния. (17)И дети бук­валь­но бо­го­тво­ри­ли свою Зи­на­и­ду Ильи­нич­ну.

 

(18)Рядом с ней даже бомбёжка была не так страш­на. (19)Ба­буш­ка все­ля­ла в окру­жа­ю­щих уве­рен­ность в близ­кой по­бе­де, на­деж­ду на доб­рые вести от род­ных, из гор­ни­ла пе­ре­до­вой  — а иначе и быть не могло...

(20)Шёл ав­густ 1941-го, и немцы под­верг­ли наш город же­сто­ким бом­бо­вым ата­кам. (21)Ав­гу­стов­ская ночь была тёмной и тёплой. (22)На­чав­ший­ся арт­об­стрел за­ста­вил нас оч­нуть­ся от сна. (23)«Где мой сви­сток, ищите!»  — ба­буш­кин крик окон­ча­тель­но раз­бу­дил нас с мамой. (24)Све­сив го­ло­вы с кро­ва­ти, мы всмат­ри­ва­лись в тем­но­ту, тщет­но пы­та­ясь по­мочь. (25)На­вер­ня­ка этот зло­счаст­ный сви­сток бол­тал­ся у неё за по­я­сом или на шее. (26)«Твоих рук дело, Анка?»  — на­ки­ну­лась на меня ба­буш­ка, ведь я все­гда была при­чи­ной бес­по­ряд­ка в доме. (27)На­ко­нец сви­сток был най­ден  — он и в самом деле ока­зал­ся где-то в зад­нем кар­ма­не ба­буш­ки­ной юбки.

 

(28)Не­взи­рая на воз­раст и со­лид­ный вес, ба­буш­ка вих­рем по­мча­лась на пост, а мы по­бе­жа­ли в наше укры­тие не­да­ле­ко от дома. (29)Эта глу­бо­кая яма, свер­ху при­кры­тая дос­ка­ми, и была нашим бом­бо­убе­жи­щем  — его вы­ры­ли остав­ши­е­ся в доме жиль­цы. (30)Оно, ко­неч­но, не спас­ло бы нас от бомбы, но здесь мы чув­ство­ва­ли себя защищёнными. (31)При­жи­ма­ясь друг к другу под оглу­ши­тель­ный гро­хот рву­щих­ся сна­ря­дов и плач детей, мы ста­ра­лись не сту­чать зу­ба­ми от стра­ха и даже на­пе­вать.

 

(32)Не­ожи­дан­но мама на­ча­ла сме­ять­ся. (33)«Ли­ноч­ка, что с тобой?»  — опас­ли­во спро­си­ла со­сед­ка. (34)Мама, бук­валь­но да­вясь сме­хом, про­дол­жа­ла за­ли­вать­ся. (35)На­пря­же­ние, охва­тив­шее людей, ушло после того, как она рас­ска­за­ла про «ба­буш­ки­ны сборы» про то, как ма­лень­кая, круг­лень­кая Зи­на­и­да Ильи­нич­на с вин­тов­кой за спи­ной в спеш­ке рас­швы­ри­ва­ла по дому вещи, пы­та­ясь отыс­кать сви­сток. (36)Сцена за сце­ной, она так живо на­ри­со­ва­ла кар­ти­ну этого ярост­но­го по­ис­ка, что улыб­ки на лицах при­сут­ству­ю­щих сме­ни­лись сме­хом. (37)Сме­я­лись все, даже пла­чу­щие дети за­улы­ба­лись. (38)Сме­я­лись до слёз  — гром­ким, до­во­ен­ным сме­хом.

 

(39)Когда мы вышли из на­ше­го убо­го­го укры­тия, мы бро­си­лись к на­ше­му, к сча­стью, уце­лев­ше­му дому. (40)Ба­буш­ка бе­жа­ла нав­стре­чу, раз­ма­зы­вая по щекам слёзы ра­до­сти, от­то­го что уви­де­ла нас жи­вы­ми и не­вре­ди­мы­ми. (41)Она об­ня­ла нас, креп­ко при­жа­ла к себе и как ни в чём не бы­ва­ло ска­за­ла:

— Кости целы  — мясо наживём! (42)Живы будем  — не помрём!

 

(43)С тех пор про­шло столь­ко лет, и мне уже да­ле­ко за во­семь­де­сят. (44) Но в ми­ну­ты уны­ния я вдруг вспо­ми­наю ба­буш­ку с её не­за­ря­жен­ной вин­тов­кой, веч­ны­ми по­ис­ка­ми свист­ка и не­со­кру­ши­мой верой в по­бе­ду.

(45) И всплы­ва­ет в па­мя­ти мамин рас­сказ, наше хлип­кое убе­жи­ще и общий не­удер­жи­мый смех. (46)Он гре­мел, как вест­ник на­деж­ды и веры в себя и в бу­ду­щее,  — смех, рву­щий­ся из нас во­пре­ки ужасу войны и смер­ти.

 

(По Г. Гал­лер)

Га­ли­на Гал­лер (род. в 1964 г.)  — жур­на­лист, врач, на­уч­ный ра­бот­ник.

Из пред­ло­же­ний 26—28 вы­пи­ши­те си­но­ни­мы (си­но­ни­ми­че­скую пару).